menu
person
[ · Jaunas vēstules · Dalībnieki · Foruma noteikumi · Meklēšana · RSS ]
Латвия-1991. Январь-август. Как это было на самом деле
SavaDatums: Otrdiena, 14.01.2020, 17:30 | Ziņojums # 6
Leitnants
Grupa: Администраторы
Ziņojumu skaits: 51
Reputācija: 0
Statuss: Offline
«Лебединое озеро» по телевизору

29 июля 1991 г. на встрече Горбачева, Ельцина и Назарбаева была достигнута договоренность, что со своих должностей будут сняты руководители: КГБ — Крючков, МО — Язов, МВД — Пуго, Гостелерадио — Кравченко, вице-президенты — Янаев и Лукьянов. Этот разговор был записан и передан Крючкову — КГБ СССР... Шла распродажа СССР. Что случится с народом, их не интересовало. Дальнейшие события стали лишним доказательством фальши и лицемерия руководителей Союза...

В одном печатном издании Чеслав Млынник, командир рижского ОМОНа, вспоминал: «В понедельник 19 августа, в 6 утра, я получил указание от Б.Пуго вскрыть секретный пакет... Через 8 часов все указанные объекты были взяты под охрану...» В этот же вечер перед приходом ОМОНа и спецназа ко мне в кабинет пришел помощник А.Рубикса В.Сердюков и принес материалы ГКЧП.

Не надо было быть большим политиком, чтобы понять, что это — последние судороги, но я тогда посчитал, что это ПРОВОКАЦИЯ Горбачева. Его международная деятельность, особенно встречи с президентами США Рейганом в Женеве (1985 г.) и Рейкьявике (1986 г.) и Дж.Бушем на Мальте на военном крейсере (1989 г.) носили секретный характер. Но все знали, что одним из вопросов были переговоры об отделении Прибалтийских республик от СССР...
 
SavaDatums: Otrdiena, 14.01.2020, 17:33 | Ziņojums # 7
Leitnants
Grupa: Администраторы
Ziņojumu skaits: 51
Reputācija: 0
Statuss: Offline
Списки неугодных на ликвидацию

ОМОН на четырех БТРах занял здание УВД и передал его под охрану военным. Мне был запрещен вход в здание Управления внутренних дел Риги. Прокуроры ЛССР В.Даукшис и А.Рейниекс выдали санкцию на мой арест, поручив исполнение ОМОНу. Опасность подвергнуться аресту была у З.Индрикова, А.Вазниса и З.Чеверса. Через одного из руководителей отдела милиции я предупредил об этом Вазниса. А Чеверсу оставил записку у двери его квартиры...

В здании УВД на рабочих местах находились Г.Карпейчик, Л.Лиепиньш (начальник криминальной милиции), Н.Тропкин (следственное управление) и начальники РОВД (В.Кипен, А.Чулков, Л.Сусленко, А.Упениекс, Э.Майшелис, А.Балтацис) и служб. Однако в УВД начали работать и представители Прибалтийского Управления на ж/д транспорте, которые уже примеряли себя на заранее определенные должности в МВД и УВД. Были составлены списки неугодных и на ликвидацию.

МВД как структурная единица не функционировало. Все силы управления сконцентрировались на ул. Фр.Энгельса (Стабу), 89, у П.Екимова — начальника департамента милиции МВД Латвийской Республики.

20 августа после совещания в рижском ГИК я предложил А.Тейкманису позвонить командующему ПрибВО Ф.Кузьмину и обсудить вопросы жизнеобеспечения Риги. Предположил три варианта: откажет во встрече — значит, путч удался, начнет торговаться — значит, что-то не то, назначит встречу — значит, путч провалился. Ранее я присутствовал на совещаниях и встречах у Ф.Кузьмина и знал его крутой характер, поэтому просчитал его поведение. После звонка по телефону на встречу в горисполкоме он направил своего заместителя...

В тот же день на 16 часов было назначено совещание у П.Екимова. В приемной присутствовали и три московских генерала из МВД СССР. Гончаренко в кабинете Екимова требовал от него решительных действий в оказании помощи ОМОНу, указал, кого нужно отстранить от должности и кого назначить. После его ухода началось республиканское совещание. В президиум совещания кроме Екимова присел Н.Рыжников, который возглавлял Прибалтийское Управление на ж/д транспорте и не имел отношения к МВД Латвии.

Екимову я рассказал о происшедшем у Тейкманиса. От него я позвонил в приемную ПрибВО и потребовал вывести военных из УВД. Позже поступил звонок из Москвы, что за мной выехал экипаж с базы ОМОНа. Из Москвы мне рассказали, на каком этаже дежурит Оксман, на каком — Рудой и другие «железнодорожники». Шофер моей служебной автомашины Виестур Привка очень здорово помог мне избежать ареста.

Следует отметить, что согласованность действий по руководству подразделениями шла по запасному варианту, через дежурные части УВД и РОВД и отделения милиции. Мне приходилось использовать телефоны-автоматы, квартирные телефоны знакомых и друзей для контактов с Лиепиньшем, Карпейчиком и дежурным УВД. Даже информация из ОМОНа поступала на условленный телефон. Вероятно, и им поступала информация о наших действиях. Много позже я узнал о «героизме» своих бывших подчиненных и о том, как они бесстыдно нафантазировали себе заслуги.
 
SavaDatums: Otrdiena, 14.01.2020, 17:34 | Ziņojums # 8
Leitnants
Grupa: Администраторы
Ziņojumu skaits: 51
Reputācija: 0
Statuss: Offline
Как разбежались «патриоты»

Постановление №1 ГКЧП предписывало приостановить деятельность политических партий, общественных организаций, запрещало проведение митингов и уличных шествий. Объезжая в те дни Ригу, я убедился, что постановление полностью выполнялось. Не было видно патриотически настроенных «героев», не блокировались воинские части и их боевые машины. Никто не протестовал. Мы ошиблись, предполагая политическую активность «патриотов», когда планировали использование милиции для предотвращения столкновений с военными. Ошиблись...

Страх парализовал волю патриотов, они прятали и вывозили семьи, уезжали за границу... Закупали продукты. Те, кто носил новую униформу, сразу же ее сняли. Сдавали свои объекты, прятались на засекреченных базах. Главная для всех сверхзадача — уцелеть, не попасть под шальную пулю...

Чтобы ориентироваться в происходящих событиях и принимать решения, мне приходилось лично и по телефону общаться с руководителями многих служб, особенно оперативных, от которых зависело принятие решений. Очень помогали личные связи.

Одним из важных сведений было то, что А.Рубикс приехал из Москвы, что его никто там не принял, его звонки из гостиницы «Москва» контролировались или блокировались. Военные ПрибВО тоже дистанцировались от него. Следовательно, переворот не состоялся. Военной разведке, КГБ, комендатуре, особым отделам армии и флота в Латвии никаких указаний по использованию военных не поступало...

В кабинете у начальника департамента милиции Екимова уже 20 августа я спросил у московских генералов: «Как вы думаете, кем вы вернетесь в Москву? Ведь страны СССР уже нет. Вас сильно подставили, но у вас есть возможность найти свое место, если правильно сориентируетесь».

Потом мы обсуждали возможность мирной передислокации ОМОНа в Россию. Ведь московские генералы подставили их. Никто не хотел принимать у себя Рижский ОМОН. Казахстан отказался в категорической форме. Принял их мой одноклассник по Академии МВД СССР Вениамин Башарин — начальник УВД Тюменской области.
 
SavaDatums: Otrdiena, 14.01.2020, 17:35 | Ziņojums # 9
Leitnants
Grupa: Администраторы
Ziņojumu skaits: 51
Reputācija: 0
Statuss: Offline
Путч провалился

Известие о провале «путча» нигде не звучало. Зная о том, что боевые машины ОМОНа находятся на Домской площади и в центре Риги, дежурному ОМОН была предложена помощь в выводе их на базу. Это мероприятие мною было поручено П.Волку. Вывод решили проводить через Задвинье, по Рижской окружной дороге, так как проезд через город мог спровоцировать конфликты.

Завершение августовских событий ознаменовалось героизмом рижской милиции. Чеверс уточнил у меня — будет ли нападение ОМОНа на здание Верховного Совета, где отсиживались все депутаты? Он попросил, чтобы дежурный выдал его подчиненным десяток автоматов. Я ему сказал, что готовим вывод БТР с Домской площади, потом дал команду дежурному УВД выдать оружие. Прекрасный, по сути, политический ход.

Когда путч провалился, «белоберетчики» блокировали базу ОМОНа в Вецмилгрависе и начали их провоцировать. База была сильно укреплена.

Распространились слухи о готовящихся 100-120 взрывах котельных, электростанций, трансформаторов и других жизненно важных объектов. Проведя некоторые оперативные мероприятия, я созвонился с Н.Гончаренко, являвшимся куратором ОМОНа, и предложил вместе поехать на его автомашине на базу ОМОНа.

Через некоторое время он мне перезвонил и согласился на поездку. До поездки я созвонился с Годманисом, пообещав заехать к нему, чтобы получить гарантии на ведение переговоров. К началу переговоров в служебном кабинете Годманиса из двери, похожей на туалетную, вышел Индриков. Я спросил, что он здесь делает, как «неуловимый мститель»? Он ответил, что был представителем МВД в Кабинете министров. Услышав о моем плане переговоров и гарантиях для бойцов ОМОНа и их семей, он этому воспротивился. Годманису я сказал, что рискую только собой и сумею убедить их в мирном решении проблемы.
 
SavaDatums: Otrdiena, 14.01.2020, 17:36 | Ziņojums # 10
Leitnants
Grupa: Администраторы
Ziņojumu skaits: 51
Reputācija: 0
Statuss: Offline
Как убирали ОМОН и арестовывали Рубикса

Меня на базе ОМОНа встретили агрессивно. Но я сказал, что если с моей головы упадет хоть один волос, Коля Гончаренко повесится на воротах базы. Переговоры прошли успешно, обсудили детали. Их устроили гарантии Годманиса. Омоновцам я рассказал, что в Сибири их методы работы неприемлемы. Для разбоя и поборов со стороны милиции там нет места. Сибиряки им могут дать отпор. Что потом и случилось.

О результатах переговоров я доложил Годманису. Но после полуночи «белоберетчики» начали показывать свой псевдогероизм и демонстрацию силы перед базой ОМОНа. Бойцы ОМОН решили принять бой и начали подготовку, поставив в известность меня и Годманиса, который принял волевое решение, поставив провокаторов на место.

1 сентября 1991 г. в соответствии с Приказом министра внутренних дел СССР №305 от 28.08.1991 г. на 14 военно-транспортных самолетах 124 бойца ОМОНа, вооружение и техника были отправлены в Тюмень. Для избежания провокаций мы расставили свои силы от Вецмилгрависа по ул.Горького (Кр.Валдемара) до аэропорта, но вывод провели по окружной дороге и въезд в аэропорт через Скулте. Улетели они без таможенного досмотра...

После путча Горбачев заявил: «Я благодарю всех за приветствия и заверения в поддержке, за исключением Хуссейна, Каддафи и Рубикса». На следующий день была успешно проведена войсковая операция по аресту первого секретаря ЦК Компартии Латвии А.Рубикса. Сразу же после ареста заместитель Генерального прокурора ЛР Я.Анцанс привез арестованных (еще и В.Сердюкова) к зданию УВД, чтобы поместить их в КПЗ. Своего согласия я не дал.

После долгих переговоров с Генеральным прокурором ЛР Скрастиньшем арестованные были отправлены в тюрьму. Я слишком уважал и уважаю Рубикса, как человека и руководителя. Зря он не принял предложения возглавить промышленников и демократов, а не позиции военных пенсионеров-коммунистов. Предложение уехать, чтобы избежать ареста, он тоже отверг...
 
Meklēšana: